RUFOR.ORG  

Вернуться   RUFOR.ORG » Военное дело, законы, безопасность » Военный полигон » Военно-морской флот » История Военно-морского флота


После регистрации реклама в сообщениях будет скрыта и будут доступны все возможности форума
Создать новую тему
Ответ
 
Опции темы Поиск в этой теме Опции просмотра
Старый 12.07.2018, 01:48   #1
ezup
Amused
 
Аватар для ezup
ezup вне форума
Чебуралиссимус
По умолчанию Соперничество линейных крейсеров. "Худ" и "Эрзац Йорк". Ч. 2

История проектирования последнего (из построенных) британского линейного крейсера «Худ», по меткому замечанию Ф. Кофмана, «напоминает сагу о том, как Адмиралтейство пыталось создать очень плохой корабль. Но в последний момент эта «задумка» либо отменялась совсем, либо подвергалась столь обширным изменениям, что итоговый вариант обладал совершенно другими качествами по сравнению с исходным».

Вспомним, что после строительства пятерки великолепных линкоров типа «Куин Элизабет» и затем того же количества менее быстроходных и несколько лучше защищенных «Ройал Соверенов», англичане собирались заложить еще один «Куин Элизабет» и три «Соверена» с тем, чтобы довести количество «381-мм» быстроходных линкоров до шести, а кораблей линии – до восьми. Подобное развитие линейных сил было более чем разумно, потому что обеспечивало линию и быстроходное крыло сильнейшими и достаточно защищенными кораблями. В Германии к строительству «21-узловых» линкоров, вооруженных 380-мм пушками, приступили с запозданием, так что к тому моменту, когда могла быть достроена первая четверка «Байернов», англичане имели бы вдвое большее количество «Ройал Соверенов». При этом немцы не строили быстроходных линкоров вообще, возлагая задачу «быстроходного крыла» на линейные крейсера, но при всех достоинствах немецких кораблей этого класса противостоять кораблям типа «Куин Элизабет» они не могли.




Таким образом, программа 1914 г., предусматривающая строительство четырех «381-мм» линкоров была и разумной, и логичной. Однако этим планам помешала война и закладка не состоялась: предполагалось, что корабли этой программы никак не успеют вступить в строй до завершения военных действий. Затем к власти пришли У. Черчилль и его друг и учитель Д. Фишер, и вот с этого момента английское кораблестроение неожиданно продемонстрировало ряд причудливых движений по части создания линкоров и линейных крейсеров.

Сперва на стапеля встали «Рипалс» и «Ринаун» — первые в мире «381-мм» линейные крейсера, очень быстроходные, но имеющие чрезвычайно слабую защиту. После этого были заложены «большие легкие крейсера» «Корейджес», «Глориэс» и «Фьюриэс», которые впоследствии историки сочли легкими линейными – впрочем, противостоять линейным крейсерам Германии они не могли совершенно. Все эти корабли создавались по инициативе Д. Фишера, однако в мае 1915 г. «Эра Фишера» окончилась безвозвратно: он покинул пост Первого морского лорда, и на этот раз – навсегда. Можно было предположить, что с уходом Д. Фишера прекратится и эпоха проектирования больших странных кораблей, но не тут-то было! В 1915 г. резоны, которые годом ранее заставили отказаться от продолжения строительства линкоров, утратили смысл – война приняла затяжной характер и конца-краю ей видно не было.

Итак, решено было вернуться к линкорам, но… к каким? Англичане считали свои «Куин Элизабеты» и «Ройал Соверины» вполне удачными, и собирались взять за основу один из этих линкоров, но строить новые корабли по усовершенствованному проекту. Разумеется, направления модернизации должны были указать адмиралы, тем более что кое-какой боевой опыт им уже удалось приобрести. Моряки потребовали увеличить высоту надводного борта, поднять батарею противоминной артиллерии на одно межпалубное пространство (то есть переставить пушки с главной палубы на палубу полубака) и – самое оригинальное — уменьшить осадку до 4 метров!

Можно, конечно, предположить, что идеи Д. Фишера передавались воздушно-капельным путем и привели к тяжелым осложнениям, но это не так. Дело в том, что Д. Фишер обосновывал малую осадку своих линейных и «больших легких» крейсеров необходимостью действовать в мелких участках Балтики, но у британских адмиралов в 1915 г. были уже совершенно иные резоны. Они считали, что подобные корабли будут значительно лучше защищены от торпедного оружия, при этом вести борьбу за живучесть на них будет существенно проще. Кроме того, уменьшение осадки при увеличении ширины позволила бы разместить конструктивную противоторпедную защиту.

Все дело в том, что линкоры Королевского флота находились в постоянной готовности к Армагеддону – генеральному сражению с германским флотом открытого моря. Соответственно, линкоры и линейные крейсера постоянно имели полные запасы топлива и боеприпасов, а кроме того, военные нужды приводили к появлению различных, не предусмотренных при проектировании грузов, и все это вело к перегрузке. Фактическая осадка британских линкоров стала достигать 9-10 метров, и это было неприемлемо по ряду причин. Во-первых, повреждение корпуса от мины или торпеды на такой глубине приводило к поступлению воды под очень большим давлением, затруднявшим борьбу за живучесть. Во-вторых, большая осадка уменьшала и без того не слишком высокий надводный борт, отчего линкоры становились очень «мокрыми». Соответственно, противоминная артиллерия, расположенная в казематах на уровне главной палубы, заливались водой в свежую погоду и не могла выполнять свою функцию.

Разумеется, конструкторы совершенно не поддержали идею о сверхмалой осадке, объяснив военным технические сложности создания такой «плоскодонки» с очень длинным и широким корпусом, в итоге сошлись на осадке в 7,3 м, по всей видимости, увеличив затем последнюю до 8 м. Здесь очень важно понимать, что говоря о 8 м, мы имеем ввиду осадку в полном грузу: например, линкоры «Рэммиллес» и «Ривендж» имели таковую в 9,79 м и 10,10 м соответственно. Таким образом, по планам кораблестроителей, осадка проектируемых линкоров должна была уменьшиться примерно на 2 метра от той, которую фактически имели последние британские корабли этого класса.

В итоге за основу был взят линкор «Куин Элизабет», однако новый линкор (проект А) получился значительно длиннее и шире – максимальная длина должна была составить 247 м против 196,8 м, а ширина – 31,7 м против 27,58 м у прототипа. Осадка в полном грузу при этом должна была составить 8 м, нормальное водоизмещение – 31 000 т. Предполагалось, что с таким корпусом новый линкор при равной с «Куин Элизабет» мощности механизмов (75 000 л.с.) сможет развить существенно большую скорость – 26,5-27 уз. Вооружение было представлено восемью 381-мм орудиями, противоминный калибр – дюжиной новейших, еще не принятых на вооружение 127-мм артсистем. Предполагалось, что данный калибр станет удачным компромиссом по мощности боеприпаса и скорострельности между 102-мм и 152-мм пушками.

В принципе, можно было бы считать данный проект весьма удачным, если бы не одно «но» — толщина его бронепояса не превышала 254 мм! К сожалению, автор настоящей статьи не смог разобраться с тем, почему так получилось, поскольку русскоязычные источники почти не содержат информации о данном проекте. Если же рассуждать логически, то мы можем предположить, что использовав в новом проекте те же орудия и ту же энергетическую установку, что были применены на «Куин Элизабет», англичане должны были получить цитадель примерно той же длины, но с учетом роста длины корабля более чем на 50 м, защита его оконечностей должна была стать более протяженной и, соответственно, тяжелой. Кроме того, в пределах цитадели британские линкоры традиционно получали защиту всего борта вплоть до верхней палубы, и можно предположить, что в этот раз они поступили так же. Соответственно, из-за увеличения высоты надводного борта англичанам наверняка пришлось увеличить высоту верхнего бронепояса, а может быть – и главного (что вероятнее всего, так как тот же Ф. Кофман указывает, что 254-мм бронепояс имел большую высоту), что и привело к необходимости «тоньше размазать масло по бутерброду».



Однако вне зависимости от причин, вызвавших такое ослабление бронезащиты, не приходится сомневаться в том, что это «нововведение» убивало проект на корню. Десять дюймов брони не выглядели абсолютно достаточными даже против 305-мм орудий, и было известно, что новейшие кайзеровские корабли получат куда более мощные артсистемы. В то же время 254-мм броня могла рассчитывать максимум на удержание фугасного 380-мм снаряда, и то, вероятно, не на всех дистанциях боя. Совсем недавно (при проектировании линкоров типа «Куин Элизабет») моряки объявили защиту линейных крейсеров слишком слабой и заявили о желании получить хорошо защищенные быстроходные линкоры — и вдруг такое.

Но у данного проекта был и еще один недостаток – избыточная ширина, ограничившая число доков, в которые можно было бы завести корабль. Поэтому во втором варианте (проект «В») ширину корабля уменьшили до 27,4 м (по аналогии с «Куин Элизабет»). Также была уменьшена и мощность энергетической установки до 60 000 л.с., с нею корабль мог развить не более 25 уз. Вооружение и бронирование оставалось тем же, что и у проекта «А». Водоизмещение уменьшилось до 29 500 т, но при этом осадка выросла на 60 см, достигнув 8,6 м.

Проект «В» также не устроил англичан, но для дальнейшей работы был взят «Ройал Соверин». Британские кораблестроители представили проекты «С-1» и «С-2» на его основе: оба линкора получили по восемь 381-мм и десять 127-мм пушек, скорость была уменьшена до 22 узлов, что позволило обойтись энергетической установкой номинальной мощностью 40 000 л.с. Корабли незначительно различались размерами, при этом «С-1» имел всю ту же ширину 31,7 м, что и проект «А». У «С-2» она была незначительно снижена, и составляла 30,5 м. «С-1» имел несколько большее водоизмещение (27 600 т против 26 250 т) и меньшую осадку (8,1 м против 8,7 м). Увы, оба корабля несли все то же, совершенно недостаточное 254-мм бронирование.

Тогда англичане попытались разработать «Куин Элизабет» но с высоким бортом и осадкой в 8 м (проект «D»). Увы, здесь их также постигло разочарование – по сравнению с проектами «А» и «В» удалось уменьшить максимальную длину (до 231 м), ширина осталась как у проекта «А» (31,7 м), что накладывало известные ограничения на докование линкора. Осадка превысила планируемую и составила 8,1 м. Предполагалось, что с энергетической установкой мощностью в 60 000 л.с. корабль сможет развить 25,5 уз. Главный калибр был представлен все теми же восемью 381-мм в четырех башнях, а противоминный – дюжиной 140-мм орудий. Водоизмещение при этом составило 29 850 т, а вертикальная защита корпуса ограничивалась 254-мм бронеплитами.

В целом же можно констатировать, что во всех представленных проектах пожелания моряков относительно высокобортности и меньшей осадки были в той или иной степени выполнены, при этом английские линкоры получили, наконец-то, конструктивную противоторпедную защиту (указывается, что она была достаточно примитивной, но тем не менее). Однако ценой за это стало критическое ослабление бронирования, поэтому ни один из пяти рассмотренных выше проектов нельзя считать удачным. Все пять проектов были представлены на рассмотрение командующему Гранд Флитом Д. Джеллико, и адмирал, вполне предсказуемо, «зарубил» их все. При этом он вообще сообщил Адмиралтейству, что Королевскому флоту совершенно не нужны новые линкоры. Мотивировалось это тем, что Гранд Флит и так имеет ощутимое превосходство в численности над хохзеефлотте (что было абсолютно верно даже с учетом достройки линкоров типа «Байерн»), в то же время качество британских линкоров оказалось вполне удовлетворительно, «к имеющимся линкорам больших претензий нет».

Как ни странно, но Д. Джеллико вообще не видел смысла дальнейшего строительства «промежуточного» типа линейного корабля со скоростью 25-27 уз. В своем ответе Адмиралтейству командующий Гранд Флита заявил, что следует строить корабли двух типов: «21-узловые» линкоры и «30-узловые» быстроходные линейные крейсера. Интересно, что отечественные источники имеют существенные разногласия по данному вопросу: так, например, указанные выше скорости приводит А.А. Михайлов, в то время как Ф. Кофман утверждает, что речь шла о «22-узловых» линкорах и «32-узловых» крейсерах. Таким образом, Д. Джеллико по сути сделал «шаг назад» на дороге к быстроходному линкору – вместо объединения классов линкор и линейных крейсеров в один (хотя бы для выполнения функций быстроходного крыла), он вновь провозгласил разделение «тихоходный линкор – быстроходный линейный крейсер». Что заставило Д. Джеллико предпринять подобный шаг?

С одной стороны, вроде бы напрашивается обвинение в ретроградстве, но, если вдуматься, это не так. Судя по всему, проблема заключалась в том, что Д. Джеллико сильно переоценил возможности германских линейных крейсеров.

Дело в том, что, по имеющимся данным, англичане предполагали, что последние немецкие корабли этого класса (типа «Дерфлингер») развивали не менее 30 узлов. Это хорошо объясняет стремление Д. Фишера дать «Рипалсу» и «Ринауну» 32-узловую скорость: Первый морской лорд прямо говорил, что Королевский флот кроме «Тайгера» не имеет столь же быстроходных кораблей, какие получат немцы. Возможно, конечно, это был просто маневр для того, чтобы строить столь милые сердцу Д. Фишера линейные крейсера, но не исключено, что старый моряк действительно верил в то, что говорил. И если это действительно так, то ситуация с мостика флагманского линкора Гранд Флита могла выглядеть совсем иначе, чем из наших уютных кресел.

Мы с Вами, уважаемые читатели, знаем, что немцы смогли ввести в строй всего три линейных крейсера типа «Дерфлингер», вооруженных 305-мм пушками, при этом их скорость, по всей видимости, не превосходила 27, максимум — 28 узлов. Но «три – это не куча», самостоятельного соединения данные корабли образовать не могли, тем более что к тому моменту, когда вошел в строй третий из них («Гинденбург»), второй («Лютцов») уже погиб. Во всяком случае, «Дерфлингеры» могли действовать только в одном строю вместе с «Мольтке» и «Фон-дер-Танном», которые все же были несколько менее быстроходны в повседневной эксплуатации.

Британские быстроходные линкоры рассчитывались на скорость 25 узлов, но по факту ее не достигли (на испытаниях она в среднем была между 24,5 и 25 уз) и разница в скорости между эскадрой «Куин Элизабет» и отрядом германских линейных крейсеров была относительно невелика. Собственно говоря, в Ютландском сражении «Куины» Эван-Томаса догнали линейные крейсера 1-ой разведгруппы Хиппера, несмотря на то, что формально уступали им в скорости. Поэтому несколько лучшие скоростные качества линейных крейсеров хохзеефлотте в эскадренном сражении не давали им большого тактического преимущества перед британскими быстроходными линкорами, а сражаться на равных с «Куинами» они не могли.

Последующие серии германских линейных крейсеров – «Макензен» и «Эрзац Йорк» — получили более мощную артиллерию, сохраняя примерно тот же уровень защиты. Соответственно, нельзя было ждать от них рывка в скорости, да его и не было – корабли этого типа рассчитывались на достижение 27-28 узлов. Интересно, что разумное совершенствование британского типа «Куин Элизабет» могло бы дать корабль, по своим тактико-техническим характеристикам, весьма близкий к «Эрзац Йорку» — то есть восемь 381-мм пушек, увеличенное до 32 000 — 33 000 т нормальное водоизмещение, бронирование на уровне того же «Ривенджа» и скорость в пределах 26,5-27 узлов (Эрзац Йорк» — 27,25 уз). Подобный британский корабль как нельзя лучше подошел бы для противостояния новейшим германским линейным крейсерам. Он не имел какого-то принципиального преимущества над своим германским «визави», но это и неудивительно: для своих габаритов «Эрзац Йорк» мог считаться почти идеально сбалансированным быстроходным линкором. В пределах его водоизмещения можно было бы построить равноценный корабль, но превосходящий – нет.

Таким образом, с точки зрения противостояния хохзеефлотте, оптимальным для Королевского флота стало бы развитие линкоров типа «Куин Элизабет», но… это знаем мы. А Джон Джеллико считал, что германские линейные крейсера, получив на вооружение новые 350-380-мм орудия, будут иметь скорость не менее 30 узлов. Вместе с уже построенными кораблями типа «Дерфлингер» они могли образовать «30-узловое» быстроходное крыло – при этом Д. Джеллико видел, что «Куин Элизабет» все же не достигли расчетной скорости, хотя и чуть-чуть. Но он, очевидно, не хотел строить 26,5-27-узловые корабли, получить по факту 26-26,5-узловые, и затем ломать голову, как на них противостоять германским 30-узловым крейсерам.

Таким образом, позиция Д. Джеллико была абсолютно логична и обоснована, вот только базировалась на неверном постулате – якобы существовавшей 30-узловой скорости германских линейных крейсеров. Но если мы примем этот постулат, как данность, нам легко будет понять озабоченность британского командующего. Формально в 1915 г он располагал 10 линейными крейсерами против 5 германских, но из них только четыре корабля типов «Лайон» и «Тайгер» по своим возможностям более-менее соответствовали новейшим линейным крейсерам типа «Дерфлингер», а шестерка более старых «305-мм» крейсеров даже не смогла бы их догнать. При этом англичане ожидали, что после «Лютцова» в строй войдут как минимум три корабля схожего типа, но с более тяжелой артиллерией (350-380-мм), которым британские корабли проигрывали даже в своей традиционно сильнейшей черте – мощи артиллерии. При этом Д. Джеллико справедливо не считал «Рипалс» и «Ринаун» (и тем более – «Корейджесы») способными противостоять германским кораблям того же класса. Эти соображения и продиктовали его взгляды на дальнейшее строительство тяжелых кораблей для Королевского флота: отказываясь от линкоров, Д. Джеллико потребовал современные и быстроходные линейные крейсера. Требования к ним у командующего Гранд Флитом были следующие:

1. Корабли должны нести восемь орудий главного калибра – меньшее их количество не только сокращает вес бортового залпа, но и создает сложности в пристрелке;

2. При этом 381-мм пушки следует рассматривать как минимально приемлемые, если есть возможность установить более тяжелые орудия, то следует это сделать;

3. Орудия противоминного калибра должны быть не менее 120-мм при этом их количество не должно быть меньше дюжины;

4. Торпедными аппаратами увлекаться не нужно, достаточно иметь два бортовых, а вот боекомплект торпед следует увеличить;

5. Средний пояс брони должен быть не менее 180 мм, верхний – не менее 100 мм, а в связи с увеличением дистанций артиллерийского боя нижняя броневая палуба должна быть толщиной не менее 60 мм. Интересно, что насчет главного пояса Д. Джеллико не сказал абсолютно ничего;

6. Что касается скорости, то, по мнению автора настоящей статьи, правы те, кто утверждают, что Д. Джеллико потребовал 30 узлов.

Помимо этого, командующий Гранд Флитом высказал и другие, менее значимые пожелания, иногда – довольно странного свойства, например, такие как наличие одной мачты (по мнению Д. Джеллико две мачты позволяли противнику лучше определять скорость и курс корабля). Осадку он считал возможным увеличить до 9 м.

Надо сказать, что Адмиралтейство полностью поддержало требования Д. Джеллико и работа закипела – над проектированием новейшего линейного крейсера корпели две группы конструкторов. Общее руководство осуществлял глава Управления кораблестроения Теннисон д’Эйнкорт.

Интересен был метод проектирования. Сперва корабелы определили максимальный размер корабля, который они могут себе позволить (с учетом возможностей докования). Получилось, что линейный крейсер должен иметь предельно 270 м длины, 31,7 м ширины, а осадка, как уже было сказано ранее, должна была составить не более 9 м. Эти размерения давали возможность создать быстроходный и высокобортный корабль в пределах 39 000 — 40 000 т., а дальше начался метод исключения. Вооружение определили в 8*381-мм в четырех двухорудийных башнях, и дюжину 140-мм. Мощность машин, которая обеспечила бы скорость в 30 уз., должна была составить не менее 120 000 л.с. Также корабль должен был получить достаточные запасы топлива, с тем чтобы обеспечить дальность хода, соответствующую той, что англичане ожидали от данного класса (к сожалению, точных данных для первого проекта нет, но для дальнейших вариантов нормальный запас топлива составлял 1200 т, а полный — 4 000 т).

И вот когда было определены характеристики вооружения и оборудования, которыми поступиться было невозможно, то дальнейшее проектирование пошло «от обратного». Другими словами, рассчитав вес всего необходимого – вооружения, корпуса, машин и топлива и отминусовав его от предельно возможного водоизмещения, английские проектировщики получили тот запас, который они могли потратить на остальные нужды и в том числе – на бронирование. Увы, как выяснилось, новейший линейный крейсер мог получить максимум 203 мм бортовую броню, и, судя по всему, такой вариант показался проектировщикам неприемлемым. Поэтому Управление кораблестроения предложило на рассмотрение не один, а два проекта линейных крейсеров.

Ключевой разницей между ними было то, что во втором проекте использовалась энергетическая установка, использовавшая так называемые тонкотрубные котлы, названные так потому, что устанавливаемые в них водогрейные трубки имели сравнительно малый диаметр. Эффективность таких котлов значительно превосходила традиционные, использовавшие широкие трубки, но Адмиралтейство долгое время не соглашалось использовать новинку, полагая, что старые котлы более надежны и просты в обслуживании. Тем не менее, игнорировать прогресс было невозможно, и тонкотрубные котлы стали устанавливаться на кораблях Королевского флота – сперва на эсминцах, потом – на легких крейсерах. Практика показала, что опасения Адмиралтейства, в общем-то, напрасны, тем не менее оно продолжало противиться установке таких котлов на крупных кораблях. Тонкотрубные котлы предлагались к установке еще на «Тайгер»



и на линкоры типа «Куин Элизабет», при этом ожидалось, что при том же весе энергетической установки корабли смогут достигнуть 32 и 27 уз, но адмиралы отклонили данные предложения. Не хотели они видеть тонкотрубные котлы и в новом проекте, но тут Теннисон д’Эйнкорт сумел сделать предложение, от которого невозможно было отказаться.

Второй проект линейного крейсера имел лишь одно принципиальное отличие – тонкотрубные котлы той же мощности 120 000 л.с. Но за счет экономии массы энергетической установки линейный крейсер получился быстроходнее на 0,5 узла, его бортовое бронирование было доведено до 254 мм и при всем при этом он получился на 3 500 т легче! Корпус уменьшился в длину на 14 м, осадка – на 30 см.

Отказаться от такого обилия выгод Адмиралтейство не смогло, по итогам рассмотрения проектов одобрило второй вариант (с тонкотрубными котлами) и дальнейшее проектирование продолжалось уже на его основе. Всего было подготовлено четыре проекта (№№3-6), причем три из них (№№4-6) предполагалось вооружить соответственно 4;6 и 8 457-мм орудиями, водоизмещение при этом должно было составить 32 500; 35 500 и 39 500 т. Скорость сохранялась на уровне 30 узлов (у проекта с 6*457-мм – 30,5 уз), а броневой пояс опять оказался снижен до 203 мм.

Удивительно, но факт – адмиралы совершенно не «дорожили» бронированием корабля. Мы уже говорили о том, что даже и 254 мм для линейного крейсера выглядели чрезмерно слабой защитой, но попытка Управления кораблестроения вернуться хотя бы и к такой броне не встретила поддержки моряков. В вариантах №№ 4-6 бронирование стало жертвой чудовищных 457-мм пушек, ну а в варианте №3, в котором главный калибр состоял из 8*381-мм и который в итоге стал основным, адмиралы предпочли уменьшить броню с 254 мм до 203 мм, с тем чтобы довести скорость с 30 до 32 узлов. Предполагалось, что для этого крейсер понадобится оснастить энергетической установкой мощностью 160 000 л.с., нормальное водоизмещение при этом должно было составить 36 500 т.

Впоследствии и этот вариант, конечно, дорабатывался. Мощность машин уменьшили до 144 000 л.с., изыскав резервы весов (в том числе и за счет экономии на энергетической установке) и за счет снижения водоизмещения и уменьшившейся осадки сохранили при этом скорость 32 узла. Корабль получил очень высокий борт (форштевень высотой 9,7 м, полубак в самой нижней части – 7,16 м, корма – 5,8 м).

Что касается бронирования, то, к сожалению, его схем автором не найдено, а из описаний она выглядит так. Линейный крейсер получил протяженный пояс 203 мм брони, и судя по всему он (как и бронепояса «Инвинсибла» и «Ринауна») прикрывал как машинные и котельные отделения, так и районы артпогребов башен главного калибра. Далее в нос и корму пояс истончался до 127 и 102 мм, цитадель замыкали траверзы толщиной от 76 до 127 мм, предположительно их было несколько в носу и в корме. Над 203 мм бронепоясом было еще два, сперва – 127 мм, выше – 76 мм. Броневая палуба в пределах цитадели имела 38 мм толщины – как в горизонтальной части, так и на скосах. Вне пределов цитадели она, вероятнее всего, проходила ниже ватерлинии и имела в носу 51 мм, в корме – 63 мм. Выше броневой палубы вне цитадели была еще промежуточная палуба (25-51 мм в носу и 25-63 мм в корме). Кроме этого имелась толстая палуба полубака, имевшая переменную толщину от 25 до 38 мм, а в корме, где полубак заканчивался, главная палуба имела 25 мм. Толщина брони боевой рубки составила 254 мм кормовая (для управления торпедной стрельбой) получила 152 мм.

Броня башен превосходила таковую на «Ринауне» (229 мм) и имела 280 мм лоб, 254 мм боковые стенки и 108 мм крышу. Но увы – барбеты были точно такими же (178 мм), то есть в этом отношении новый проект уступал даже «Тайгеру». Сам глава Управления кораблестроения оценил защиту новых линейных крейсеров «на уровне «Тайгера», и, вероятно, это было так – безусловно 203 мм главный бронепояс, прикрывающий машины котлы и главную артиллерию, был лучше, чем 229 мм бронепояс «Тайгера», защищающий только машины и котлы – борт напротив артиллерии ГК прикрывался всего лишь 127 мм плитами. Но барбеты, увы, были защищены слабее.

Что до вооружения, то предлагалось два варианта. Оба из них включали 8*381-мм в четырех двухорудийных башнях, но вариант «А» предполагал размещение 12*140-мм артустановок и четырех торпедных аппаратов, в варианте «В» предлагалось количество 140-мм пушек увеличить до 16, а торпедные аппараты сократить до двух, причем вариант «В» был на 50 тонн тяжелее. Соответственно, водоизмещение линейного крейсера составило 36 250 т в варианте «А» и 36 300 т в варианте «В»

Десять дней понадобилось Адмиралтейству на рассмотрение проектов и 7 апреля 1916 г оно одобрило вариант «В».

Если сравнить этот корабль с германским «Эрзац Йорком», то мы увидим очевидное и, буквально, подавляющее превосходство в бронировании последнего. Так, например, для того, чтобы пройти в погреб германского линейного крейсера через главный бронепояс, английскому снаряду следовало сперва преодолеть 300 мм, а затем – 50-60 мм вертикальной брони (противоторпедная бронепереборка), в то время как германскому – 203 мм и 38 мм скос (единственным преимуществом которого было его наклонное расположение). Для пробития горизонтальной части палубы через борт, германскому снаряду было достаточно проломить 127 мм средний или 76 мм верхний бронепояс и пробить 38 мм горизонтальной брони, английскому – не менее 200-270 мм бортовой и 30 мм горизонтальной палубной брони. Если же рассматривать только горизонтальное бронирование (например, при попадании снаряда в палубу вдоль оси корабля), то защита английского и германского линейных крейсеров примерно равноценна.

Средняя артиллерия «Эрзац Йорка» размещена в казематах и имела куда лучшую защиту. С другой стороны, стоявшие открыто 140-мм пушки британского корабля располагались значительно выше над уровнем моря и не заливались водой – в различных боевых ситуациях тот или иной вариант мог оказаться предпочтительнее, так что здесь можно говорить о примерном равенстве. Главный калибр линейных крейсеров, несмотря на разность концепций его создания («тяжелый снаряд – малая начальная скорость» у англичан и «легкий снаряд – высокая начальная скорость» у немцев), по своим боевым возможностям, вероятно, следует считать равноценным. Что до скорости, то здесь очевидное преимущество было за британским линейным крейсером, который должен был развить 32 уз. против 27,25 уз «Эрзац Йорка». Вне всякого сомнения, английский корабль мог догнать германский, или убежать от него, и, в принципе, новейшие 381-мм бронебойные снаряды «Greenboy» при удаче вполне могли одолеть немецкую защиту. Однако для пушек «Эрзац Йорка» британский линейный крейсер, с его бронированием примерно эквивалентным «Тайгеру» был буквально «хрустальным» — его защита пробивалась в любую точку практически на всех мыслимых дистанциях боя. В этом отношении, линейный крейсер проекта «В» мало чем отличался от «Ринауна» (остро заточенному столовому ножу безразлична толщина кожуры яблока).

Адмиралтейство разместило заказ на три линейных крейсера типа «В» 19 апреля 1916 г., а 10 июля они получили имена: «Худ», «Хоув» и «Родней». Через три дня был заказан еще один корабль этого типа «Энсон». Верфи приступили к подготовке к строительству и сбору материалов для первых трех линейных крейсеров в начале мая, и менее чем через месяц, 31 мая 1916 г состоялась закладка головного корабля серии – «Худа».



Но – удивительное совпадение! Именно в этот день состоялось грандиозная схватка двух сильнейших флотов мира – Ютландское сражение.

Продолжение следует…
Автор: Андрей из Челябинска
 
Вверх
Ответить с цитированием
Loading...
Создать новую тему
Ответ

Социальные закладки

Метки
вмф

Опции темы Поиск в этой теме
Поиск в этой теме:

Расширенный поиск
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Вкл.

Быстрый переход



Загрузка...